Мифы - Дорога домой (1981)

Что бы ни говорила молодежь, по количеству нереализованных ситуаций "Мифы" способны были дать фору многим рок-группам обеих столиц. Они взяли впечатляющий разгон в 73-75 годах, легко выиграв первые места сразу на трех рок-смотрах в Ленинграде, Москве и Таллине. Первоначально они подавали большие надежды и в течение нескольких лет уверенно входили в ленинградский top-5, однако извлечь из своего звездного статуса какие-то конкретные результаты им так и не удалось. Тем не менее питерские фаны просто молились на них, и когда группа во главе с вокалистами Геннадием Барихновским (бас), Сергеем Даниловым (гитара) и Юрием Ильченко (гитара) была в ударе, равных им на концертах просто не было.

"Мифы" были раскованны и уверены в себе, непринужденно держались на сцене, не брезговали всевозможными кайфами, в результате чего за чрезмерное потребление идеалов хиппизма Данилов в 77-м году оказался в тюрьме.

"Мифы" играли хиппистскую бит-музыку с реверансами в сторону блюза и реггей. Они обладали очарованием новоиспеченных рок-звезд, которые якобы не знают себе цену, но при этом никогда не пытаются дезориентировать собственных слушателей и запудрить им мозги всевозможными псевдоэкспериментами.

В своих мемуарах Андрей Макаревич вспоминает, что после "Мифов" "Машина времени" просто боялась выходить на сцену. Маргулиса тогда выволакивали из-за кулис силой, и в этом была своя сермяжная правда жизни.

Скорее всего, современный слушатель не нашел бы в их звучании ничего выдающегося. Упрощенный хард, местами - с поддержкой духовой секции и традиционными для того времени темами песен: одиночество, бытовые зарисовки и неудовлетворенность положением дел с намеком на социальный протест.

Строчки типа "мы одиноки и труден наш рейс к счастью и свету/душу и счастье залапали здесь, словно монету" однозначно расценивались как стремные, поэтому на концертах группа была вынуждена посвящать композицию "Мы одиноки" декабристам. Для сравнения заметим, что в то же самое время не менее острую песню "Черно-белый цвет" "Машина времени" постоянно исполняла без каких-либо хитроумных предисловий.

Когда всеобщее увлечение "Машиной времени" стало постепенно сходить на нет, а интерес к "Аквариуму" еще не расцвел, группой заинтересовался Андрей Тропилло. Благодаря такому сотрудничеству "Мифы" оказались чуть ли не единственными из питерских рок-динозавров 70-х, которые в отличие, скажем, от "Россиян", "Санкт-Петербурга", "Аргонавтов" и "Большого железного колокола" все-таки сумели на пике своей формы записать полноценный альбом.

С 79-го года Тропилло переключается с организации полулегальных концертов на студийную работу. На третьем этаже здания бывшей женской гимназии, переделанного в Дом юного техника Красногвардейского района, Тропилло оборудовал студию, в которой сразу же попытался записывать питерские рок-группы. Свои первые студийные эксперименты он начал проводить с вокалистом и клавишником "Мифов" того периода Юрием Степановым, а также с Ольгой Першиной, которая через пару лет приняла участие в записи аквариумовского альбома "Треугольник".

В 80-м году Тропилло начинает работать в студии с золотым составом "Мифов". К этому времени группа распрощалась с духовой секцией и эмигрировавшим в Англию Степановым, зато в нее вернулся досрочно вышедший из тюрьмы Данилов. К тому же на данную сессию был приглашен из "Землян" пилигрим Ильченко, успевший за последнюю пару лет переиграть в "Машине времени" и на танцах, собрать и развалить питерскую группу "Воскресенье" (не путать с московской) и в результате "личной аварии" оказаться в бэнде у Владимира Киселева.

...Перед началом сессии Тропилло и "Мифы" находились в одинаково незавидном положении студентов-стажеров. У Тропилло фактически не было опыта студийной работы - в его звукооператорском активе находились лишь записи, сделанные с пульта на концертах "Машины времени" и Владимира Высоцкого. В свою очередь, "Мифы" после триумфа на Таллинском рок-фестивале записали в студии Эстонского телевидения свой основной хит "Мэдисон стрит", который, усиленный примитивным видеорядом, транслировался затем на Прибалтику в виде допотопного видеоклипа. На этом студийные достижения заканчивались. Другими словами, всем в студии Дома юного техника пришлось осваивать азы звукозаписи с нуля. "Тогда перед нами стояла задача не только доказать, что можно записывать рок-н-ролл на русском языке, а показать, что в наших нищенских условиях можно записывать рок-н-ролл вообще", - вспоминает Тропилло.

Сергей Данилов и "Мифы", начало 80-х

Музыканты "Мифов" вспоминают, как для того, чтобы найти винты с определенной резьбой для крепления динамиков, им приходилось вывинчивать их прямо из дверей Ленинградского метрополитена, поскольку ни в каком другом месте винты аналогичных параметров найти было нельзя.

Тропилло, заменив местный монопульт и прочее пионерское говно на самодельную аппаратуру, собранную вручную из запчастей к военной технике, принялся записывать "Мифы" на два магнитофона "Тембр-2М", в которых традиционная 19-я скорость была переделана на 38-ю.

"Весь первый год работы в студии я записывал не только музыку, но и каждый свой шаг, - вспоминает Тропилло. - У меня был детский "Дневник пионера", в котором я фиксировал положение ручек эквалайзеров, уровень ревербератора и вообще записывал каждое свое движение. В какой-то момент я хотел получить оптимальный результат и затем к нему вернуться. Позднее я прекратил вести этот дневник, поскольку понял, что лучший результат находится в голове - он более гибкий и во многом основывается на интуиции и личном опыте".

"Мифы" записывались методом наложения, когда поверх "болванки" (бас Барихновского плюс ударные Дмитрия Фогеля) накладывались гитара Данилова, клавишные Дмитрия Калинина и только потом - вокал. Во время записи в наушники вокалистам вкладывались большие куски ваты. Это новшество, неведомое западным студиям, объяснялось тем, что регулятора громкости в наушниках не было и любое включение подзвучки давало такой щелчок, что существовал реальный шанс оглохнуть.

Как и всякий не признающий авторитетов технарь, Тропилло утверждал, что при двух перезаписях особых потерь в качестве быть не должно. Тем не менее после второй накладки немного проваливались барабаны, а после третьей несколько песен вообще ушло в брак.

...Удивительно, что основу студийной премьеры составили не самые сильные композиции группы. Из запасников "Мифы" извлекли все собственные достижения эстрадного характера, заполнив ими почти половину объема. Второй просчет состоял в том, что открывала альбом откровенно слабая "Песнь о дружбе", написанная клавишником Дмитрием Калининым "на стихи каких-то немецких поэтов - чуть ли не Гете". И лишь благодаря рок-классике "Мифов" - такой, как "Земляничные поляны", "Дорога домой", "Шок", "Черная суббота" и "Блюз бродячих собак", эта работа начала приобретать характерные для группы очертания. "Земляничные поляны" ("Исчезли в облаке тумана все голубые города/И земляничные поляны остались в детстве навсегда") были сочинены Барихновским за год до этого и как бы отсылали слушателя к творчеству Джона Леннона и Ингмара Бергмана одновременно - идеалистической атмосфере шестидесятых. По ритму эта композиция представляла собой нестрогий реггей, размытый блатной основой (ум-ба, ум-ба), в которой минорные и мажорные аккорды красиво чередовались по мелодии. По воспоминаниям автора, песня была сочинена за четыре часа и, пожалуй, действительно могла быть отнесена к разряду гениальных. В те времена она вполне законно претендовала на титул "гимна поколения" и до сих пор производит сильное впечатление.

На второй стороне альбома после шуточного кантри "О спорте" шли два шикарных блюза: "Дорога домой" и "Блюз бродячих собак" (название последнего всплыло впоследствии в репертуаре группы "Секрет"). "Блюз бродячих собак", точно так же, как первую и последнюю композиции альбома, исполнял ветеран Ильченко. Вокал на остальных семи песнях принадлежал Барихновскому.

"Черная суббота" - пожалуй, самая народная из всех песен мифовского репертуара - начиналась с разговорного дайджеста ("Так, мальчики..."), смеха и бодрого многоголосья: "Завтра - черная суббота/Черная суббота, а я тому рад!" По музыке некоторые фрагменты "Черной субботы" навевали воспоминания о Beatles и Creedence, но все в целом (как и в других подозрительных местах) ни на что конкретное не походило.

Оригинальности саунда группы во многом способствовали звуки живого пианино с кнопками на молоточках, а также гитарные партии, которые в исполнении Данилова получались необычайно вкусными. "В каком-то отношении я эстет, - говорил впоследствии Данилов. - Если есть гитара, то ты должен уметь на ней играть. Иначе пиши стихи. В первую очередь должна быть музыка". Будучи максималистом по жизни и считая все питерские рок-группы "полным дерьмом", он обладал фирменным уровнем гитарной техники и пытался при помощи аранжировок обрести в музыкальном материале "Мифов" нечто большее, чем предусматривалось жанром. Пропущенный через дисторшн звук на всех композициях придавал самопальной гитаре Данилова эффект фирменной примочки Gibson Les Paul, а сыгранные им наложением в припеве "Одиночества" три гитарных соло превращали этот тяжелый рок-н-ролл в настоящий тайфун регионального масштаба.

Финальным номером на альбоме шел "Шок", известный за пределами Ленинграда благодаря "Машине времени", часто исполнявшей его на концертах. В музыкантской среде даже велись разговоры о том, что сам Макаревич пытался сочинить нечто подобное, но не сложилось. Это произведение, построенное на синтезе рока и фокстрота, иллюстрировало тягу российских авторов к кабаре. Написанный Барихновским в 74-м году, "Шок" демонстрировал, какие нераскрытые возможности присутствовали в музыкальном багаже "Мифов". Эта композиция на несколько лет предвосхитила цикл аргентинских песен Миронова и глобально предшествовала "Браво". Примечательно, что на ее записи в проигрышах шла партия, пропетая "на губах" в пустую вазу. Подобный трюк - но уже со стаканом - имел место и в "Черной субботе", когда Данилов подавал реплики-подпевки "ха-ха с умницей-женой" в пустую стеклотару.

Осуществляя запись в несколько рывков, "Мифы" в районе 81-го года закончили работу над альбомом, который впоследствии из-за нестандартного метража в 36 минут распространялся либо в урезанном варианте, либо на 150-метровых катушках на девятой скорости. Из-за неопытности и множества нелепых обстоятельств в "Дорогу домой" не попали три самые мощные композиции "Мифов". Хит 73-го года "Чикин-Фликин" не был включен в альбом по соображениям "заигранности", а "Мы одиноки" - из-за якобы стремных текстов. Совсем дурацкая история произошла с "Мэдисон стрит", которая переживала в те времена свой второй триумф. Ее мелодию вместе с аранжировкой включил в свой репертуар известный поп-композитор Мигуля и, заменив слова, сотворил официальный поп-шлягер "Каратэ". Судиться с ним "Мифы" не стали, но факт плагиата этой песни лауреатом комсомольских премий повлиял на решение группы не включать ее в альбом.

Прозрение наступило через пару лет, когда на очередном фестивале ленинградского рок-клуба "Мифы" поделили с "Аквариумом" второе место, пропустив вперед только "Мануфактуру". Вдохновленные этим успехом, музыканты решили записать второй альбом - с учетом допущенных ранее недостатков и идеологических компромиссов. В студии Тропилло были сделаны пробные записи "Мэдисон стрит" и "Мы одиноки" с неудачно переделанными опасными строчками. Но вскоре звукорежиссер начал пропускать назначенные им самим смены, и в итоге этот проект развалился.

Возвращение "Мифов" состоялось лишь в конце 80-х годов, когда группа записала два альбома (один - в студии у Вишни) и сыграла серию концертов на крупных рок-фестивалях. Говорят, что среди всех подзабытых ветеранов они выглядели наиболее эффектно.